Как всегда фееричен

Никого не удивлю, если скажу, что когда-то театр был сугубо мужским и женские роли исполняли только представители сильного пола. В наши дни тоже есть артисты, которым доводилось перевоплощаться в дам. И мы захотели о таком мужчине рассказать накануне главного женского праздника.

Сергей Рякин, актёр Курского областного театра кукол, не только в некоторых спектаклях исполняет женские роли (как в постановке «Гуси-лебеди» по пьесе В. Борисова и Я. Узенюк, например), но и на театральных капустниках радует коллег пародийными номерами, в которых «превращается» то в цыганку, то в монашку.
– А что вас привлекает в столь необычных ролях?
– Характерность. Вы знаете, просто переодеться в женскую одежду, как это часто делают, мало. Это смотрится смешно, но, простите, пошло. А перевоплотиться из мужчины в женщину с присущими дамам жестами, мимикой, голосом – это уже искусство. Поэтому я и играю ярких, темпераментных женщин, однако делаю это недолго – время «работает» против артиста в подобных номерах, нет-нет, да и проскользнёт мужской жест – и всё смотрится уже неубедительно.
– С каких пор вы открыли в себе потребность к перевоплощению?
– Вообще, с детства. Когда в первый раз посмотрел сказки Александра Роу «Морозко», «Василиса Прекрасная», то моим кумиром стал актер Георгий Милляр, которого ещё мальчишкой пытался пародировать. И я даже иначе представлял себе актёров – для меня это были такие люди, которые умеют меняться до неузнаваемости, как Георгий Милляр – он то Баба-Яга, то Чёрт, а то Чудо-Юдо.
– А где или в чём черпаете вдохновение, прежде чем пародировать дам?
– Наблюдаю за людьми, очень люблю это делать. Особенно на вокзале. А потом «включаю» свою фантазию.
– Как насчёт женского гардероба и умения всё это носить?
– До сих пор не научился ходить на каблуках, для меня это по-прежнему сродни катанию на коньках. А гардеробчик собирали «всем миром» – кое-что в театре нашёл, кое-что у жены взял.
– Супруга не была против?
– Нет, она же знала, за кого шла замуж. Поэтому спокойно относится и к моим репетициям перед зеркалом, и к тому, что из одежды что-то заимствуется. Надо колготки – значит, подберём.
– Вам даже и эту деталь женского туалета пришлось примерить?
– Да, но я об этом не задумываюсь. Ведь как актёр я уже в образе, скрыт маской – и мне всё равно – колготки – не колготки, женские – не женские. Так нужно выйти на сцену и сказать о чём-то зрителю.
– Макияж сами себе делали?
– Уж тут я «напряг» всех женщин театра! Мне и ресницы приклеили, и глаза подвели, и тени нанесли. Помню, как-то пародировал Земфиру из спектакля «Цыганы». Уже «в образе» бегу на сцену и по пути сталкиваюсь с нашей Татьяной Быкановой, которая вдруг произносит: «Вы, как всегда, фееричны!»
– Как вы считаете, почему мужчина, переодетый женщиной, интересен зрителю, а женщина в мужском образе – нет?
– Это парадокс такой. Видимо, далеко нам, мужчинам, до таких ярких, обаятельных и, не побоюсь этого слова, фееричных дам! Поэтому и интересно их играть.