Унесённые с крыши

Дарья Жеглова
Зачем в Курске строят многоэтажные дома? Чтобы на одном небольшом пятачке земли поместилось как можно больше квартир. Да, так скажут многие, но не все…

Такие дома привлекают внимание самоубийц, романтиков и… бейсджамперов, последних, кстати, до недавнего времени я не отличала от первых…
Хобби выходного дня
В Курске из-за отсутствия тех самых фиксированных объектов, пригодных для прыжков практически нет, потому и любителей такого развлечения не так много, их буквально можно по пальцам перечесть. С одним из бейсеров, Константином Котовым, мне удалось встретиться.
Вся сознательная жизнь Константина была связана с парашютами. Он, можно сказать, потомственный парашютист: его отец и старшая сестра профессионально занимались этим спортом. Он сам в 14 лет впервые шагнул с высоты. Сегодня Котов входит в состав сборной МЧС России по парашютному спорту.
– В бейсджампинге впервые себя попробовал в 2001 году в Екатеринбурге, где принимал участие в соревнованиях на кубок Европы-Азии по парашютному спорту, – вспоминает Константин. – После всех состязаний ко мне подошёл один парень, которого я давно знал как профессионального бейсера. Он предложил мне съездить на объект. Я согласился, тем более что давно подумывал попробовать себя в этом виде спорта. Вообще, среди бейсеров передача опыта происходит не случайно – ни один уважающий себя спортсмен никогда не поспособствует прыжку новичка, если не уверен в его физической и моральной подготовке. Так получилось и со мной – он мне сказал, что я готов. Поехали к какой-то заброшенной воинской части, там была высотная антенна, с которой я и прыгнул. После этого бейсждампинг стал для меня чем-то вроде хобби выходного дня. Заниматься этим постоянно нет возможности, потому что в Курске мало объектов, подходящих для прыжков, да и те, которые есть, в основном закрытые, режимные. Поэтому ещё до того, как удастся прыгнуть, испытаешь массу эмоций – пока под покровом ночи будешь крадучись пробираться к трубе, в любой момент рискуя нарваться на охрану.
В отличие от многих западных стран, где бейсджампинг запрещён, и за который неминуемо следует, как минимум, привод в полицию, в России к этому виду спорта относятся лояльно – наказать могут, но только за проникновение на объект.
Так было с первым бейсером, который осмелился на прыжок с самой знаменитой курской трубы, той, что мы видим за Домом Советов. Кстати, это был гость из Москвы. Получилось так, что пока он собрался, пока пробрался, поднялся на трубу, уже рассвело, и его обнаружили охранники. Подняли тревогу, вызвали милицию, приехали даже сотрудники ФСБ. Естественно, за парнем никто не полез – все дружно ждали, когда он спрыгнет. Доставив и продержав парня в милиции до вечера, его обвинили в проникновении на режимный объект и приписали ещё какие-то нарушения, связанные с этим дерзким поступком. В итоге он заплатил штраф – 11 тысяч рублей.
Но даже такие последствия не испугали Константина, когда он тоже решил шагнуть со 155-метровой высоты упомянутой трубы. Парень два часа прятался в кустах, дождался, когда охранник уйдёт с улицы, а потом под покровом темноты, незамеченный бдительной охраной, всё-таки прыгнул. Ещё один объект для прыжка был найден, можно сказать, случайно. Как-то с другом он приехал к Триумфальной арке и узнал, что в этом районе появились неизвестные бейсеры, которые прыгают с новых высоток.
– Я считаю, что 17 этажей – высота опасная для прыжков, – поясняет Константин, – Поэтому когда мой друг-парашютист вдруг изъявил желание попробовать прыгнуть, я очень долго уговаривал его этого не делать. Сошлись на том, чтобы просто подняться на крышу и уже там решать, что делать дальше. Дом, который мы выбрали, тянул этажей на 19. Забравшись наверх, я всё же решил прыгнуть, но для этого мне нужна была помощь. Есть в бейсджампинге такой метод – пайлот-шут-ассист, применяется он при прыжках с низких высот, когда необходимо быстрое открытие парашюта. В этом случае во время прыжка бейсера ассистент держит в руке вытяжной парашют до полного вытягивания строп. После удачного приземления я согласился стать ассистентом новичка. Мой приятель долго готовился, было видно, что ему очень страшно, но в итоге он прыгнул – эмоций было через край.
Адреналиновая зависимость
– Зачем мне это нужно? Да просто уже имеется серьёзная адреналиновая зависимость, – откровенничает Константин. – У меня за плечами больше трёх тысяч прыжков с парашютом, но я каждый раз испытываю страх, а вместе с ним повышается и уровень адреналина. Если бы не страх, было бы неинтересно, и я бы этим уже давно не занимался. Но не стоит думать, что мы какие-то самоубийцы. Иначе зачем по несколько часов складывать парашюты.
Вообще ради нескольких секунд полёта порой приходится тратить очень много времени – кроме подготовки парашютной системы, нужно ведь ещё забраться на объект, а это порой занимает больше часа, потом – отдых на вершине, моральная подготовка, ведь бояться всегда есть чего. Спорт этот небезопасен.
Очень часто бейсеры оказываются в гипсе или на костылях. Самая распространённая причина – спортсмена ветром несёт на скалы или на какое-то препятствие. В лучшем случае это заканчивается переломами ног, рук или рёбер, а в худшем – сами понимаете чем. Причём травмы или гибель являются последствием не каких-то там ошибок или неопытности, а банального стечения обстоятельств.
– Мой знакомый бейсер прыгал с малой высоты и без помощи ассистента. Он самостоятельно выбрасывал вытяжной парашют, который сильным боковым ветром задуло под руку. Времени на исправление ситуации у него не было. Парень разбился.
Историческая справка
Бейсджампинг вышел из классического парашютного спорта, но у него есть ряд принципиальных отличий от классических прыжков. Говорят, что первооткрывателем бейсджампа стал бедный французский парашютист-любитель. С деньгами у него было плохо, а во Франции прыжки с парашютом стоят раз в десять дороже, чем у нас. Поэтому некий Франсуа начал прыгать с высотных зданий. Чудом не разбился, но всё же понял специфику, сделал маленький парашют и… по его стопам двинулись целые толпы последователей.