Огнеборцам помогают небеса

Дарья Жеглова
Сколько раз приходилось наблюдать на городских улицах кавалькаду пожарных машин, и вот впервые представилась возможность побывать с теми, кто ежедневно вне зависимости от времени и обстоятельств должен вступать в борьбу с огнём.

Живу я в Центральном округе, а значит, выбирать, куда пойти, не пришлось. Начальник пожарной части № 2 Сергей Каракулин встретил нас лично и, пока мы ждали первого вызова, охотно рассказал, чем живут те, для кого в последнее время наступила действительно жаркая пора.
Начиная с 25 июля только этой части на пожары приходилось выезжать по 20 раз в сутки, а всего пожарные курского областного гарнизона получали за сутки до 118 вызовов. Аврал... Ненормированный рабочий день... Усиленный вариант несения службы... Бессонные ночи...
Буквально в последние пять–шесть дней ситуация стала стабилизироваться, и Сергей Каракулин не исключает, что причиной тому стала и Божья помощь. Ведь и митрополит Кирилл призвал всех верующих молиться.
— Вы, возможно, посчитаете это совпадением, но моя жена, которая почти не видела меня дома и, естественно, очень переживала, отправилась в церковь и заказала молебен иконе «Неопалимая Купина», в тот же день прошёл первый сильный дождь. С тех пор обстановка как-то стала стабилизироваться. И я бы даже сказал, что в процентном соотношении нагрузка на нашу часть стала несколько ниже, чем у коллег, — рассказывает Сергей Николаевич.
Горит всё
К счастью, в Курске пожары в домах и квартирах не очень часты, но без них всё равно не обходится. В основном горят квартиры из группы риска, то есть хозяева которых сильно выпивают или употребляют наркотики. А вот тушение травы и мусора – это неотъемлемая часть ежедневных дежурств. Причиной пожаров чаще всего являются брошенные окурки и битые бутылки, стёкла от которых могут спровоцировать эффект линзы. Вот почему до полудня пожароопасная обстановка относительно спокойна, а как только солнце оказывается в зените, в дежурной части оживает телефон.
Смотрю на часы, время 13.00, и пока ни одного вызова. Даже начинаю волноваться: а вдруг без толку приехала? «Ничего, — успокоил меня Сергей Николаевич, — и на твоё «дежурство» пожаров хватит».
На дороге все равны?
Резкий звук тревожного сигнала, кажется, проникает во все закоулки здания пожарной части. И сразу же раздаётся голос диспетчера: «Дежурный караул – на выезд!» Пока спускаюсь со второго этажа на первый, как мне кажется, очень быстро, пожарная машина уже стоит на улице, а бойцы, на ходу натягивая форменные куртки, кричат мне, чтобы поторопилась.
И вот мы с фотографом сидим в кабине «пожарки». Создаётся ощущение, что старенький ЗИЛ вот-вот откажется ехать, но, наоборот, с каждой секундой он набирает скорость и под звук сирены пытается мчаться туда, где ждут помощи. Только пытается, так как некоторые автоводители не торопятся уступать нам дорогу. Только крупные габариты машины, способные изрядно потрепать корпус любой легковушки, заставляли водителей расступиться, а виртуозные манёвры нашего водителя позволяли не сбавлять скорость.
Сидящие рядом бойцы внешне были спокойны. Но, глядя на их сосредоточенные лица и слыша сирену за окном, невольно проникаешься тревогой. Что за пожар, чем он грозит и что их ждёт на месте вызова, неизвестно...
Огонь, вода и…
Проезд Светлый, горит куча мусора на территории школы. Едва остановилась машина, выскакиваю вместе с бойцами из кабины. Слышится лязг открываемых кузовных отсеков со скатками пожарных рукавов, отрывисто звучат слова команд. Минут десять приходится потратить на то, чтобы потушить кучу мусора и соломы, которые копились явно не один год. Воды в цистерне почти не осталось. Именно водой, а не дорогой пеной тушится большинство пожаров. Пена используется лишь в особых случаях.
А потом я узнаю, что означают написанные на стенах и столбах загадочные буковки ПГ. Это пожарный гидрант. Под канализационным люком скрывается труба, из которой пожарные могут пополнить запасы воды. Вот только и тут без проблем не обходится. Часть гидрантов не работает, в некоторых отсутствует давление, поэтому огромный резервуар пожарной цистерны приходится заполнять долго, теряя драгоценное время. А если в это время где-то полыхает пожар и вся надежда только на эту машину? Пополнив запасы воды, мы снова едем в часть.
Об этом горько вспоминать
Увы, не обходится без несчастных случаев и даже гибели сотрудников. К счастью, это случается крайне редко.
Много лет назад в Курске на пожаре погиб огнеборец. Погиб нелепо – не от огня, а от удара электрическим током. Прежде чем начинать тушить огонь, пожарные обязаны обесточить объект. Горящий дом в тот раз – как положено – обесточили, а хозяин не удосужился сообщить, что с другой стороны к дому тоже подведено электричество. Спасти парня не удалось.
А ещё был случай, когда пожарного завалило кирпичной кладкой. К счастью, серьёзных травм он не получил, отделался только переломом пальца на ноге. А вот другому бойцу при похожих обстоятельствах повезло меньше. К стене была приставлена металлическая лестница, и когда посыпались кирпичи, эта лестница, падая, раздробила ему шейные позвонки. Парень выжил, но навсегда стал инвалидом. То роковое дежурство было у него первым.
Два в одном
Едем в посёлок Искра, известно, что горит трава в районе дачного общества. Внимательно смотрим по сторонам и замечаем столб дыма. Горит мусорная свалка, огонь уже перекинулся на сухую траву, а рядом лес и жилые постройки.
Говорят, что человек может бесконечно долго смотреть на три вещи: как горит огонь, как течёт вода и как работает кто-то другой. Работа пожарного предоставляет все три «развлечения», поэтому недостатка в зеваках и «помощниках» нет никогда. Толпа мальчишек, прибежавших поглазеть на пожар, явно мешала огнеборцам.
— Вы курили? — строго обращается наш водитель к мальчишкам
— Нет, — пищит в ответ детский хор.
— Ну, сейчас огонь потушим, и будем с вами разбираться, — всё так же строго говорит пожарный.
Детвору как ветром сдуло.
— Вот так только и можем избавиться от зевак, — вздыхает водитель, — а то ведь как соберутся, начинают каждый выдвигать свои гипотезы и советы давать, как огонь тушить. Но это ещё полбеды. Бывает, некоторые смельчаки помогать нам пытаются, а ведь это смертельно опасно. Знаете, почему дым страшнее огня? Потому что создаёт у человека иллюзию безопасности. Огонь, он жжёт, сжигает, а дым, кажется, можно преодолеть. Выскочил на задымлённую лестничную клетку и побежал. А через две-три минуты потерял сознание. Через десять минут наступает смертельное отравление. Люди умирают от угарного газа, это вещество мы не видим. Продукты горения поднимаются вверх, а более тяжёлый газ опускается вниз. Был случай, потушили горевший сарай. Строение сильно пострадало, но в погребе находились банки с соленьями, и на следующий день хозяйка отправилась посмотреть, что стало с её запасами. Спустилась вниз и, потеряв сознание, умерла. Следом за ней отправилась дочь. Исход для неё был тот же. Женщины отравились угарным газом.
Пока тушили свалку, приходит сообщение, что, оказывается, тушим не тот объект, на который вызывали. Но не бросать же. Пока сбили пламя, пока вновь заправились водой, пока всё же нашли садоводческое общество, оказалось, что местные жительницы почти справились с огнём самостоятельно.
— Какой позор, — кричали женщины, — мы будем жаловаться Овчарову, целых два часа к нам ехали!
Ребята молча разворачивали пожарные рукава и приступали к своим непосредственным обязанностям. А мне так стало обидно за них, не чай же пили и не перекуры устраивали. Ведь не могли они бросить один пожар и поехать на этот. В общем, встала я на их защиту, пытаясь объяснить возмущённым бабушкам причину опоздания, и вроде получилось. И жалеть они стали огнеборцев, и благодарить. Хотелось посоветовать этим женщинам, раз уж собрались они к главе администрации города, так лучше бы попросили у него, чтобы автопарк обновил пожарным частям. Но это были эмоции, а пожарные тем временем спокойно складывали рукава. Они понимают — людьми движут эмоции и отчаяние.
PS. Уходила из части в восемь вечера, от усталости ноги были ватные, а от дыма немного потрескивала голова, в которой была одна мысль: «Я-то домой, а ребятам ещё до утра следующего дня дежурить». Не люблю красивых слов, но по-другому, наверное, не скажешь. Помню, как-то видела стенд с портретами пожарных, погибших при ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. И были там слова: «Если не мы, то кто же?..» Вот и я думаю, что у каждого из них эти слова в душе, хотя не каждый произнесёт их вслух. Люди на них надеются, и подвести их они не имеют права. И не потому, что так предписано уставом, а потому, что по-другому они не могут. Храни их всех, «Неопалимая Купина»!